О чем не писали в газетах.

  Буденный С.М. и "Катюша"

  Жизнь интересна тем, что
  размеренной она и не бывает.
Всегда преподносит разные
сюрпризы, о каких и не думал и
чего и не ждал.

     Во время обучения мне посчастливилось общаться с различными замечательными людьми. В составе преподавателей были люди, что называется, исторические личности. Было особенно интересно и полезно послушать их личную точку зрения или оценку различных исторически важных для нашей страны событий. Услышать из первых уст, как то, или иное событие было в действительности, без всякого "приглаживания".  Прежде всего, они читали утвержденный курс лекции и только иногда, если появлялось несколько свободных минут что то и рассказывали, либо  по ходу лекции предоставляли  интересные исторические примеры.

 
Одним из таких исторических личностей был преподаватель  профессор Душкин Леонид Степанович. Он был  одним из первых главных конструкторов реактивных двигателей. Двигатель его конструкции обеспечил полет первого реактивного самолета БИ-1  в СССР в 1942 году, да и сам он был учеником Цандера Фридриха Артуровичи, отца советского реактивного двигателестроения. Были у него и другие достижения.

     Профессор Душкин Л.С. приходил на лекции всегда в идеально выглаженном и чистом костюме, хотя мелом пользовался довольно часто. Ростом он был чуть ниже среднего, сухощавый с аккуратно зачесанными назад волосами с сединой.  Приходил  к аудитории всегда заранее  и прохаживался слегка в стороне от двери. Четко, в момент начал "пары" энергично входил в аудиторию,  поздоровавшись,  тут же начинал читать лекцию, прохаживаясь. О своих  личных заслугах говорил как-то мимоходом, акцентируя все на самой идеи.

     Однажды, придя на его лекцию, мы не увидели своего преподавателя. Началась пара, а его нет. Через пару минут в аудиторию вошел Леонид Степанович. Не спеша  прошел к столу преподавателя, поздоровался и сел на стул, как то неловко и начал читать лекцию. Читал также четко, но без остановок, словно боялся не успеть её дочитать. Костюм был не идеальный,  а у вискам было свежая ссадины. Мы не могли понять, что это все значит.  Лекцию он закончил читать  минут за 20 до конца занятия и сказал, занятие закончено, но посидите. Он пояснил, что идя на лекцию "попал под машину", но пожалев наше время, что бы мы без дела не бродили по институту, решил лекцию прочить. Позже  мы узнали, что Душкин Л.С. читал лекцию, имея несколько переломов.

   Приехав домой, на зимние каникулы,  я рассказал отцу про Душкина Л.С., про некоторые его достижения. Вот, мол, какие волевые преподаватели у нас в МАИ.

     И тут случилось невероятное.

  Отец вдруг сам заговорил про войну и велел мне задать Душкину Л.С. несколько вопросов, один из которых был про "Катюши". Почему  весной и начали лета 1943 года, на южном фасе Курской  дуги, после залпов "Катюш" не было "зажигательного эффекта".  А  в середине лета 1943 года все стало на свои места,  как и в 1942 году под Сталинградом, да позже в 1943 в боях за Украину,  в боях под Киевом, Житомиром и во время Корсунь-Шевческой операции в январе 1944 года. После залпа "Катюш" горело все и вся. А немчура и их пособники, а их хватала, после "обработки" их позиций "Катюшами" была либо дохлая,  либо "чумная". 

 Отец мне пояснил, в то время конструкторов вообще, а главных тем более, было мало и Душкин Л.С. наверняка знает ответы на эти вопросы, а уж про "Катюшу 2 тем более.   Тут следует пояснить, почему вопрос от отца показались  мне "невероятным".
 По своему опыту я знал, что ни один воин, кто  лично был в боях и  входил в список "активных штыков" на фоне списка общего состава, никогда сам, без особой необходимости,  не будет рассказывать про бои и тем более про ранения, увечья свои или других наших солдат. И кто бы ни писал или пытается показать в кино, порой прибегает к немыслимым всяческим изощрениям, которые часто вредны из-за своей неправдоподобности, передать это не сможет  и  все это будет НЕ ТАК. Когда идет бой все имеет другую цену.  По мнению отца, сержанта, командира отделения роты противотанковых ружей истребительно-противотанкового батальона, окопника, одна из наиболее правдивых книг это книга "В Окопах Сталинграда" Некрасова Виктора Платоновича. "Правда  о войне" красочной не бывает. На войну солдаты шли  защищать страну Советов  от немецких буржуев- нацистов. 

   Душкин Л.С. действительно знал ответы на все вопросы и на перемене рассказал мне обо всем, что я спрашивал.  Временное снижение "зажигательных" свойств реактивных снарядов было связано с тем, что промышленность СССР в 1942 испытывало большие трудности с порохами и поэтому часть порохов завозилось по ленд-лизу от союзников, но свойства их были несколько иными, чем у наших порохов. И в начале 1943 года на ряде партий боеприпасов попробовали использовать другой вид боевого заряда, но получив неодобрительные отзывы с фронтов, несмотря на трудности, производственники изыскали возможность вновь использовать  раннее применявшиеся заряды. А причину "зажигательных" свойств реактивных снарядов поняли только после войны, это был эффект от подрыва заряда боевой части в тонкостенной оболочки и разлёта осколков, скорость разлета осколков существенно превышала  скорость звука в воздухе, что и  нагревало осколки до "раскаленного состояния". Поэтому и горела  немецкая бронетехника после залпов  советских реактивных минометов "Катюши", да и всё  кругом тоже. А на полигоне, на испытаниях, просто не было "чему" гореть,  вот и узнали о «зажигательных» свойствах из боевых донесений.

 Леонид Степанович рассказал часть истории принятия на вооружение реактивного миномета.
   Желание иметь оружие, которое может накрыть врага за малое время большим числом мощных зарядов, была не нова. Это проблему решали  сосредоточением большого числа артиллерийских орудий или тяжелых минометов. Начавшееся успешное применение  в авиации боевых ракет, простота их пусковых установок и возможность производить залпы ракет подвигла конструкторов на создание наземных систем залпового огня. Но создание ракеты с наземным стартом, да еще и многокилометровой дальности полета, хотя бы до 5-8 километров, требовало соответствующего твердотопливного двигателя, жидкостные сразу не рассматривались по причине их сложной эксплуатации и их дороговизны. Стоимость оружия всегда было важным фактором и только безответственные или очень далекие  от производства и  вооружения люди могут себе позволить высказываниямол денег на оборону не жалеют и не считают. Считали, считают и будут считать. Деньги "и для государства"  "с неба не подают" ибо деньги, это не просто "бумажки-купюры". 

 При стрельбе  реактивной миной выявилась её «не удовлетворительная» точность попадания в цель. Величина разброса реактивных мин было довольна велика,  десятки, а то и сотни метров. В те годы ствольная артиллерия достигла довольно существенных достижений, как шутили артиллеристы, они могли, стреляя из пушки выбрать "в какой глаз у воробья попасть" на расстоянии в 1 километра. И главное невидно было приемлемых путей решения повышения точности, ну не ставить же систему управления на каждую реактивную мину,  да их еще толком и делать то не умели. Но создатели установки "Катюша" нашли  выход из создавшегося положения, они предложили пускать реактивные мины залпом, при этом большая величина разлета мин стала  положительным параметром. Казалась парадокс, плохая характеристика при одиночном пуске реактивной мины превращается в положительную характеристику при залповом применение нескольких реактивных мин. Чем больше была величина "разлета мин", тем надо большее количество реактивных мин  иметь в залпе, для поражения целей на всей площади. Конечно, надо исходить из разумных пределов. Что бы правильно понять ситуацию тут следует пояснить один существенный момент. Было замечено, что разброс реактивных мин   хотя и носит случайный характер, но разброс был близок к "равновероятному", то есть  примерно "равномерно" по всему "расстоянию разброса",  "не скапливаясь" ближе к центру. При залпе по площадной цели заряды накрывают всю площадь цели почти равномерно. Всплыли вопросы и по конструкции направляющих и другие технические вопросы, но когда виден путь разрешения проблемы, то и результаты начинают появляться.  Стали показывать  «залпы» военным, но они  не видели от этого оружия  "большого толка", так как заряды были осколочно-фугасные и те могли поражать открытые цели, а у стольной артиллерии был  больше выбор снарядов.  И главное, из-за небольшой дальности стрельбы, после залпа, установка себя демаскировала, и  вопрос о повторном залпе с этого места даже не ставился. Установка БМ-13 имела16 ракет, тем стрельбы  3-7 секунд, дальность всего 8 км, но вот фугасный заряд был целых 4,9 кг., а это уже  радовало, не зря установка имела название - реактивный миномет. Но вопрос о целесообразности принятия  реактивного миномет на вооружения   «подвис»  из-за неоднозначных оценок  военными боевых качеств реактивных мин и самой установки, а также из-за  необычного "характера накрытия цели". Единого мнения не было.  Но помог случай.

 В РККА, рабочей крестьянской красной армии, был маршал Буденный С.М., герой гражданской войны. Что бы кто ни говорил про Буденного С.М.,  но никто и никогда не могли не отметить его феноменальную личную смелость,  самообладание, патриотизм и преданность Советской властиОн решил лично разобраться и посмотреть, что это за оружие  сотворили конструктора и технологи  и  на что было затрачено немалые средства и было столько споров. Буденный С.М. прибыл на полигон, произвели залп. Он посмотрел на  взметнувшиеся вдали разрывы, посмотрел воронки. Его ничего не удивило.  Вдруг, в стороне он увидел НП (наблюдательный пункт) и спросил, а  реактивная мина пробьет крышу НП, сможет ли его  разрушить. Осмотрели НП и доложили ему, что  такое НП  "этой реактивной мине  не по зубам". Буденный С.М. зашел в НП, увидел  в углу телефон. Связисты  полигона доложили, аппарат исправен и подключен. Маршал приказал  командиру установки,  установку нацелить на НП, зарядить  и доложить  о готовности произвести залп по НП,  команду на залп он отдаст по телефону. Всех отправил на огневую позицию, а в НП Буденный С.М. остался один. Он решил лично увидеть, используя полевой перископ и оценить "силу оружия"  находясь в  непосредственной близости от зоны накрытия. Риск конечно был.

  Установку зарядили, командир лично проверил прицеливание и слегка приподнял угол наклона направляющих. Доложил по телефону Буденному С.М.. Лицо командира установки стало «каменным». Залп произведен был  без замечаний. Разрывы легли с легким перелетом. Когда стала тихо, раздался звонок телефона. Что говорил командиру установки Буденный С.М., можно было только догадываться. Установку вновь зарядили. Проверяя прицеливание, видно было что, командир слега опустил "направляющие". Доложив, по телефону о готовности, он получил приказ, произвели залп. Реактивные мины все пошли к цели. Залп лег с небольшим недолетом. У кого-то из конструкторов вырвалось "вилка". Опять звонок, линия связи работала без сбоев. Разговор был не коротким. Было видно, что командир получил нагоняй. Установку зарядили и доложили Буденному С.М. Дали залп, третий. Ракеты  устремились к цели. Попали. Цель была  накрыта. На полигоне воцарилась тишина, все смотрели на телефонный аппарат, тишина. Связисты, проверив связь, доложили - "линия в обрыве". Военные и производственники рванулись к НП. Когда конструктора добрались до НП, то военные уже на месте работали "вовсю". НП в принципе уцелел. Все облегченно вздохнули, но от близкого разрыва завалило землей вход на НП, военные его и расчищали. Вскоре в открытом проеме показалась фигура маршала. Он выбрался наверх и начал приводить форму в порядок. Одежда Буденнова  С.М.  было вымазано. Семен Михайлович, отряхивая и разлаживая свои усы, вдруг повернулся к конструкторам и те увидели довольнейшее его лицо. Глаза просто сияли. Его оценка была положительная. " Да, вот это то, что нам надо. Даже мне, старому вояке, стало не по себе".  И тут же стал расспрашивать о возможности запуска установки и реактивных мин в производство. Командира установки он тут же стал расспрашивать,  как она в обслуживании. И услышав, что в обслуживания установка доступна, а производство её и реактивных мин наладить вполне возможно, технология отлажена, хотя и есть еще некоторые "незначительные вопросы". Буденный С.М., поблагодарив всех,  уехал.

   А вскоре представительная военная комиссия начала работу по оценке боевых возможностей установки. Мнение Буденного С.М. помогло военным взглянуть на установку  по-другому, уже не скептично, а заинтересовано. Вскоре было принято решение о принятии реактивного миномета на вооружение. А работы по реактивным установкам (системам залпового огня),  по их  совершенству,  модернизации и запуска новых моделей продолжается до сих пор. "Катюшу" в войсках любили за её большую "полезность". А вот нашу  технологию производства "не дорогих" реактивных мин немцы не разгадать, не достичь так и не смогли.

   На кадрах кинохроники внимательный зритель увидит, что при залпе  ранних "Катюш" иногда некоторые отдельные ракеты летят "немного не туда", а вот на кинохронике берлинских залпах все ракеты уже  уходят ровно, да "выросло разнообразие" самих установок.

 ©А.М.Шабанов

             вернутся на главную страницу